Как я выбирал футбольную школу для ребёнка в Новосибирске
Когда я выбирал футбольную школу для своего ребёнка, сначала обратил внимание на знакомые названия. Увидеть на детской форме эмблему известного клуба приятно. Сразу представляешь турниры, просмотры и большой стадион. Но довольно быстро я понял: прежде чем думать об этом, нужно разобраться, как будут проходить самые обычные тренировки.
Кто встретит ребёнка на поле?
В Новосибирске на слуху «Сибиряк», «Спартак». Есть муниципальные спортивные школы, частные клубы и небольшие группы индивидуальной подготовки. Выбор немаленький, но ориентироваться только на название мне показалось недостаточным. Ребёнок ведь будет заниматься у конкретного тренера, с конкретными ребятами.
Поэтому первым делом я посмотрел обычную тренировку. Как объясняют задание? Что происходит, когда мяч в очередной раз уходит из-под ноги? Можно ли задать вопрос, попробовать иначе, ошибиться? Для меня оказалось важнее всего, замечает ли тренер ребёнка и умеет ли объяснить, что именно нужно поправить.
К предложениям раннего старта я тоже отнёсся внимательно. Объявление «футбол с двух-трёх лет» само по себе мало говорит о содержании занятий. Меня интересовало, сколько в них игры, общения и удовольствия от движения. Обещания будущей профессиональной карьеры в таком возрасте убедительным аргументом для меня не были.
Нужна команда или помощь с конкретной задачей?
За сравнением расписаний и абонементов легко упустить главный вопрос: что сейчас нужно самому ребёнку? Если он только знакомится с футболом, это одна история. Если уже играет в команде, но стесняется идти в обыгрыш или почти не пользуется слабой ногой, совсем другая. И во втором случае совсем не обязательно менять клуб.
Когда я стал разбираться в этом подробнее, обратил внимание на Школу индивидуального мастерства Михаила Тагиева. Здесь есть и командные занятия, и отдельная работа над техникой, в том числе для ребят, которые уже тренируются в других клубах. Мне понравилось, что можно подобрать занятия под конкретную задачу ребёнка.
За названиями академий стоят конкретные ребята
Следующим шагом я посмотрел истории воспитанников. Хотелось увидеть за эмблемами известных академий конкретные имена и понять, куда ребята действительно перешли.
На сайте школы нашёл истории Артёма Щербинина, перешедшего в академию «Краснодара», и Кирилла Сумина, поступившего в академию ЦСКА. Отдельно обратил внимание на Арсения Дмитриева, которого школа также указывает среди своих воспитанников: он дошёл до профессионального футбола и выступал за юношескую сборную России.
Для меня такие истории стали поводом подробнее расспросить о подготовке ребят. Понятно, что успех другого футболиста ничего не гарантирует моему ребёнку. За ним стоят собственный труд, поддержка семьи и работа разных тренеров. Но здесь хотя бы есть о чём говорить предметно: с каким уровнем приходил игрок, над чем работал, как развивался дальше.
Как понять, что занятия дают результат?
Ещё при выборе школы мне хотелось понимать, что мы сможем обсудить с тренером через полгода. Фразы «старается» и «всё хорошо» приятны, но по ним трудно понять, что изменилось. Стал ли увереннее приём мяча? Точнее передача? Начал ли ребёнок пользоваться слабой ногой?
В школе для этого предусмотрено тестирование технических навыков. По информации школы, методика запатентована, а контрольные тестирования проходят раз в полгода. Меня заинтересовала возможность сравнивать ребёнка с ним самим: посмотреть предыдущие результаты, увидеть изменения и понять, над чем работать дальше.
Я поговорил с родителями уже занимающихся ребят. По их словам, результаты тестирования помогают лучше понимать прогресс и задавать тренеру конкретные вопросы. Для меня это было существенным дополнением к описанию методики на сайте.
Результаты и динамика доступны в личном кабинете вместе с посещаемостью и другими сведениями о занятиях. Такой формат мне близок: можно спокойно посмотреть данные, а потом обсудить с тренером то, что непонятно.
Последнее слово всё равно за ребёнком
При всех достоинствах программы для меня оставалась важной атмосфера. Хочется, чтобы ребёнок после ошибки пробовал снова, не боялся задавать вопросы и постепенно становился самостоятельнее на поле.
Поэтому при знакомстве со школой я обращал внимание и на общение тренера с детьми, и на реакцию самих ребят. Заявленный школой подход к сохранению инициативы и радости от игры совпал с тем, что я искал для своего ребёнка.
В итоге сочетание разных направлений подготовки, конкретных историй воспитанников и понятной обратной связи стало для меня аргументом в пользу Школы индивидуального мастерства. Но за всеми этими критериями остаётся простое родительское желание: чтобы по дороге домой ребёнок рассказывал, что у него получилось, и спрашивал, когда следующая тренировка.