Работа артиста-чтеца в филармонии коренным образом отличается от работы в драматическом театре, считает мастер художественного слова Алексей Терехов. «Во-первых, это жанр другой: стоит человек один на сцене, ему не за что спрятаться. В театре актёр может спрятаться за партнёра, за музыку, за декорации, за какую-нибудь мизансцену. А тут я один стою на сцене, 200 человек в зале — вот они либо будут меня слушать, эти 200 человек, либо не будут, и не за кого мне спрятаться. То есть только я ответственный за то, понравится или не понравится материал, а в театре можно свалить, сказать: а это партнёр меня подвёл, а тут уже всё, один — или справился, или нет. Ты здесь один за всех. Один и за все роли в тексте ответственен».
Свой путь в профессию Терехов описывает так: «Я окончил театральное училище, тогда ещё училище это было. Театры меня на тот момент не приняли… Мне помогла Борисова Любовь Борисовна… Взяла за ручку меня и ещё одну мою одногруппницу и всё, и привела в филармонию работать, вот так с тех пор я остался тут».
Для него принципиально важно личное отношение к материалу: «Ну, наверное, мне важно личное отношение к тексту, к произведению, к автору, какой ритм у повествования. Ведь есть ритмические произведения, а есть вообще не ритмические, такие, что там язык сломаешь». Он подтверждает, что отказывается от текстов, которые ему не близки: «Да, когда мне предложили читать «Войну и мир», я отказался».
Что касается работы с музыкой, то артист признаётся: «Ну, музыка, конечно, иногда помогает, но чаще мне лично мешает. Однако я понимаю, что она же даёт атмосферу, настраивает зрителя. Да и мне надо иногда отдышаться: устал, хоть музыка поиграет, я хоть подышу маленько, тоже плюс, конечно».
Подготовка к программе, по его словам, начинается отдельно: «Сначала мы занимаемся литературой, а потом музыкантов подключаем в последнюю очередь. Когда музыка подобрана, собираемся все вместе один на один. Музыкант и чтец пробуем индивидуально, а потом уже всё это собирается в одну общую картину».
